Два края ткани

Мать подшивала занавеску у низкой лампы. За стеклом уже сливались сад и небо, и дождь ходил вокруг углов. На подоконнике лежали наперсток, нитки, мелкий сор. Она тянула ткань к коленям, как будто укорачивала двор, чтоб темнота не заходила за край отмеренной каймы. Я подавал ей ножницы, и было достаточно движенья нам двоим. Теперь тот дом стоит без света. Давно сменили занавес. Но я в вагоне перед летом или в гостинице под плеск ночного ливня замечаю: чуть разошелся шов в углу. И пальцами соединяю два края ткани на свету.